Результаты опытов, в которых изучалось включение в белки различных органов меченного 75Se метионина

Результаты опытов, в которых изучалось включение в белки различных органов меченного 75Se метионина, показали, что данный препарат, действительно, активировал протеинсинтез прежде всего в органах с короткоживущими, быстро обменивающимися белками в печени, почках, тонком кишечнике (смотрите рисунок ниже).


Включение «меченного» 75Se метионина
в органы крыс через 1 щ после введения препарата Р-148

Включение «меченного» 75Se метионина в органы крыс через 1 щ после введения препарата Р-148

А, Б, В, Г, Д, Е — печень, почка, тонкий, кишечник, сердце, мозг и мышца.
1 — контрольная группа; 2 — опытная группа.


В органах с более долгоживущими белками (сердце, мышца, мозг) в состоянии покоя препарат слабо влиял на включение 75Se метионина. Однако при физической нагрузке Р-148 и в этих органах вызывал активацию протеинсинтеза по сравнению с контролем, хотя и менее выраженную.

Подобные эффекты свидетельствовали о том, что Р-148 не сам активирует генетический аппарат, а в основном усиливает естественно протекающие в тех или иных ситуациях процессы протеинсинтеза: постоянное интенсивное обновление короткоживущих белков, усиление синтеза белков при повышении функциональной активности органа и т. д. Следовательно, можно предполагать о регуляторном, например об аллостерическом, характере активации протеинсинтеза изученными производными бензимидазола.

Механизм действия такого типа должен быть весьма физиологичным и способствовать усилению в самых различных органах восстановительных процессов, характеризующихся активацией протеинсинтеза. Это резко отличает изученные нами актопротекторы — производные бензимидазола от глюкокортикоидных гормонов, которые существенно усиливают синтез белка только в печени и почках, а во многих органах (мышцы, кишечник, лимфоидная ткань и др.) вызывают катаболический или антианаболический эффекты [Виру А. А., 1977]. В печени же ш почках направленность действия производных бензимидазола совпадает и заключается в основном в активации синтеза глюконеогенных ферментов, играющих ключевую роль при физической деятельности. Не исключено, что в печени и почках изученные препараты аллостерически потенцируют и эффекты эндогенных глюкокортикоидов в числе прочих активаторов глюконеогенеза.

Влияние этих препаратов на глюконеогенез, как и на другие процессы, опосредованные протеинсинтезом, наиболее выражено при функциональной нагрузке на печень и почки, в частности при физической нагрузке (смотрите рисунок ниже).

В покое эффект препаратов менее заметен.

Избирательный ингибитор глюконеогенеза триптофан устраняет положительное влияние Р-148 на работоспособность и углеводный обмен (смотрите рисунок ниже).


Восстановление работоспособности и некоторых показателей
углеводного обмена у крыс после истощающей нагрузки
и введения триптофана и актопротектора Р-148

Восстановление работоспособности и некоторых показателей углеводного обмена у крыс после истощающей нагрузки и введения триптофана и актопротектора Р-148

А — длительность повторного пробега; Б — содержание глюкозы в крови; В — содержание гликогена в печени в процентах к исходному (интактному) показателю через 1 ч после нагрузки; 1 — контроль; 2 —Р-148; 3 — триптофан (125 мг/кг); 4 — триптофан (125 мг/кг) и Р-148 совместно; 5 — триптофан (50 мг/кг); 6 — триптофан (50 мг/кг) и Р-148 совместно.


Интересно, что подобное действие триптофан оказывает и в минимальной ингибиторной дозе — 50 мг/кг [Ray P. et al., 1966], которая не влияет на продолжительность бега и углеводный обмен у контрольных животных. Очевидно, в таких условиях «пропускная способность» фосфоенолпируваткарбоксикиназной реакции является достаточной для практически нормального течения процесса глюконеогенеза в контрольной группе, но дальнейшее повышение этой способности препаратом Р-148, ведущее к благоприятным метаболическим и функциональным сдвигам, невозможно.


«Фармакологическая коррекция утомления»,
Ю.Г.Бобков, В.М.Виноградов

Читайте далее: